Осторожная рыба подпускает близко.
Алексей Соколов
«Спортивное рыболовство» № 3/2001

Есть виды рыб, которые мы не без оснований относим к числу особенно осторожных и пугливых. Считается, что поймать их можно только на максимально дальней дистанции, строго соблюдая все правила маскировки. Однако из каждого правила бывают исключения. Можно попытаться эти исключения систематизировать, и, как следствие, подвести теоретическую базу под ловлю осторожных рыб на ближней дистанции. Но я не буду этого делать. Я просто приведу несколько примеров из собственной практики, подтверждающих справедливость утверждения, вынесенного в заглавие этой статьи.


Эпизод 1. Сентябрь 1995, Москва, Строгинская пойма.

В тот год я начал плотно осваивать вращающиеся блесны и другие спиннинговые приманки. Так уж получилось, что первые 10 лет своей спиннинговой практики я ловил исключительно на крупные колебалки и исключительно щук (несколько окуней, пойманных за столь долгий период, не в счет). Все прочие приманки я просто считал дорогими игрушками. Теперь же, поняв свою ошибку, я старался восполнить пробел, и в течение нескольких месяцев практически каждый день проводил на водоеме, испытывая в работе новые для себя типы приманок. В качестве основного полигона был выбран Большой Строгинский карьер, соединенный с Москвой-рекой. Основными моими трофеями теперь стали окуни. Но, поскольку я рыбачил на водоеме, в котором помимо окуней в достаточном количестве водился жерех, встреча с ним рано или поздно должна была произойти. И эта первая встреча сразу же опровергла тезис о том, что жереха можно поймать лишь самым дальним забросом.

Вот как это было. К тому времени я уже достаточно хорошо изучил водоем, и рыбалка начала превращаться в обход известных точек. Одна из таких точек со стороны суши представляла собой плотные заросли кустарника, заканчивающиеся засохшим деревом. Удобнее всего было выполнять забросы, практически стоя на этом дереве над водой. Подойдя к месту, я решил, прежде чем занять основное свое место, сделать пару контрольных забросов в расчете на рыбу, находящуюся поблизости, – иначе, забираясь на дерево, я бы мог ее спугнуть. Первым забросом я отправил свою блесну (“Hobby Long” №2) под острым углом к берегу, почти вдоль кустов, метров на 10 от себя. Проводка почти заканчивалась, я уже увидел блесну и готов был вынуть ее из воды, когда из-за куста неожиданно вылетел жерех килограмма на два, ударил по блесне, и так же быстро исчез. Все произошло на моих глазах – лески до тюльпана оставалось не более двух метров, а удар по блесне я отчетливо ощутил рукой. Ударь этот жерех чуточку поточнее – испугаться он успел бы уже на крючке. А вот если бы я сразу поспешил занять свое место на засохшем дереве, то вряд ли стал бы свидетелем этой поклевки. Своего первого жереха я поймал пару недель спустя на том же водоеме, причем по всем правилам – дальним забросом на всплеск, но этот эпизод и по сей день остается одним из самых ярких моих рыбацких воспоминаний.

Данную ситуацию можно назвать классической – я находился близко к жереху, но был закрыт от него кустами. Если есть хорошее укрытие, расстояние сокращается – при ловле жереха, да и другой рыбы, это правило можно очень продуктивно использовать.


Эпизод 2. Сентябрь 1996, р. Волга в районе Астрахани.

Я подходил на лодке сверху по течению к месту боя жерехов, которое представляло собой ряд затопленных вдоль берега деревьев. Протяженность «рабочего участка» была порядка двухсот метров, и для начала я решил определить, где в данный момент происходит больше всего ударов. Для этого я приблизил лодку почти вплотную к берегу метрах в 100 выше первого дерева, положил весла, и начал внимательно наблюдать за зоной потенциальной охоты хищников. Когда лодка прошла в дрейфе метров 30, рядом со мной раздался всплеск крупной рыбы. Я тут же забросил в место всплеска блесну (а в тот момент у меня была привязана полтавская колебалка типа «Шторлинг» весом более 40 граммов), и через мгновение произошла поклевка. Я на 100 процентов был уверен, что это щука: всплеск был в характерном щучьем месте у стены камышей. Можете представить себе мое удивление, когда, поборов «стартовый натиск» и подтащив рыбу к лодке, я увидел, что имею дело не с щукой, а с жерехом. Расстояние от лодки до места всплеска всего раза в два с небольшим превышало длину моего спиннинга, то есть составляло всего 6-7 метров. В пойманной рыбе оказалось около 3,5 кг. Даже с поправкой на то, что все происходило не в Подмосковье, а на Нижней Волге, можно сказать, что дистанция для этой рыбы была сверхкороткой.

Почему же мне удалось его поймать? У меня есть только одно объяснение. Скорее всего, жерех двигался против течения – в большинстве случаев именно так он подходит к месту атаки в прибрежной зоне, к тому же и основной жереховый «лагерь» был расположен ниже по течению. На дрейфующую лодку с неподвижно сидящим человеком он не обратил внимания. В момент атаки лодка находилась уже по диагонали от жереха ниже по течению, и, видимо, не входила в зону его обзора. Стоит отметить еще одну маленькую деталь: заброс я выполнял с дальней от рыбы руки.

Всегда ли жерех остается равнодушен к дрейфующей лодке – на этот вопрос на основании одного случая ответить невозможно. Но, как бы там ни было, испугать эту рыбу, шлепая веслами, можно с гораздо большей дистанции. Впоследствии я узнал, что опытные жерешатники всегда, если есть такая возможность, предпочитают подходить к месту боя в дрейфе, используя ветер или течение.


Эпизод 3. Июнь 1997, р. Протва ниже г. Вереи.

Одна из самых стабильно работающих голавлиных точек в окрестностях моей дачи представляет собой небольшой каменистый перекат, выше и ниже которого на несколько километров идут участки с достаточно спокойным течением. Уникальное на некотором протяженном участке реки место, безусловно, привлекает голавлей. Река на перекате мощным потоком уходит под левый берег, в углубление, ширина которого не больше двух метров. С правого берега по каменистой гряде к нему можно подойти почти вплотную даже в коротких сапогах. Именно с этой гряды я обычно и ловлю: забрасываю вращающуюся блесну вниз, практически без подмотки жду, когда ее по дуге снесет со струи, и начинаю проводку. Иногда поклевки происходят и на струе, но чаще – на ее границе. Что характерно – все поклевки при такой ловле случаются исключительно вдалеке, в зоне выброса. Последние метров 15 лески, если голавль не клюнул, можно просто выматывать. Ловить очень удобно – в отличие от других интересных мест на этой реке, здесь никакие кусты не мешают забрасывать, и рыбу вываживать удобно.

При этом есть несколько интересных мест, расположенных в непосредственной близости от меня. В первую очередь, это небольшой омуток с обраткой под противоположным глинистым берегом, сразу ниже основного быстротока. В таком месте голавль просто обязан быть, однако, сколько раз я не закидывал туда блесну со своей основной точки – поклевок не было. Конечно, я понимал, что с такого близкого расстояния (до омутка было не более 5 метров) осторожный голавль не возьмет. «Проверить» же точку дальним забросом, не доходя до уреза воды нескольких метров, мешала береговая растительность.

Но вот на одном из забросов у меня слетела петля с катушки, и на леске образовалась приличная борода. Распутывание заняло не меньше 10 минут. Когда же снасть была вновь готова к работе, я решил первым забросом направить свою блесну (“Blue Fox” № 2) в ближайший омуток. Поклевка произошла на первом обороте катушки. Пойманный голавль потянул на 800 граммов – для данного водоема это очень достойный размер.

Что же произошло? Думаю, пока я распутывал бороду, голавли перестали воспринимать меня как опасность, и один из них занял привычное место. Ситуация довольно характерная – когда подходишь к берегу реки, испуганные рыбы рассыпаются во все стороны, однако, если некоторое время посидеть неподвижно, они возвращаются. Это можно использовать и в спиннинговой ловле. Вопрос лишь в том, что мало у кого хватит терпения достаточное количество времени оставаться неподвижным со спиннингом в руках. В моей ситуации к вынужденной паузе привела техническая проблема, а вот повторять эксперимент специально что-то не хочется…


Эпизод 4. Май 1998, р. Ока выше г. Коломны.

Я ловил жереха на «котле», стоя почти по пояс в воде в забродном костюме. Место представляло собой небольшую поперечную гряду, стайный жерех выходил на нее периодически, раз в несколько минут повторялись серийные удары. Всплески были как на самой гряде, так и на некотором удалении от нее выше и ниже по течению. Я рыбачил в этом месте довольно долго, и уяснил для себя, что после того, как один из жерехов решается на атаку, остальные, как по команде, тоже начинают бой независимо от того, где они в данный момент находятся. Эту особенность я тоже использовал, о чем уже писал в периодике («РОГ» №33/1999, «Подсадной жерех»), но сейчас речь не об этом.

Итак, я расположился примерно в 40 мерах выше гряды. Считается, что при ловле жереха лучше располагаться ниже места боя, однако в данном случае выбор моей позиции был обоснован тем, что забросы металлических приманок я чередовал со сплавом воблера. Во время очередной серии всплесков я решил забросить блесну (кустарный аналог «Кастмастера» около 15 граммов весом) в сторону жереха, ударившего менее чем в 15 метрах от меня ниже по течению. Поклевка произошла практически сразу после касания блесной воды. Узнать точные размеры жереха не получилось: через несколько секунд борьбы он сошел.

Почему жерех взял на такой близкой дистанции? Исходя из того, что рыба движется против потока, я однозначно должен был входить в зону его обзора. Мне думается, причин две. Во-первых, как показывает практика, человека, зашедшего по пояс в воду, жерех опасается гораздо меньше, чем стоящего на берегу. Во-вторых, у меня создалось впечатление, что в данном месте основной маршрут охотящегося жереха пролегал не параллельно берегу, а вдоль гряды, и, соответственно, я находился сбоку от рыбы. Второй вывод я сделал на основании того, что большинство всплесков при их серийном характере происходило все-таки на самой гряде, по всей ее протяженности. Посмотреть сверху, как все происходит на самом деле, в этом месте просто было неоткуда. Вообще же, если есть такая возможность, прежде чем приступить к ловле, имеет смысл с высокого места понаблюдать за жерехами и понять основные маршруты их передвижения. Эти наблюдения помогут правильно выбрать «убойную» позицию, в которой рыба видеть вас не будет, а вы сможете подкидывать блесну на ее охотничью тропу.


Эпизод 5. Май 1998, р. Ока в районе г. Озеры.

Место ловли – хорошо известный московским спиннингистам понтонный мост через Оку. Жерех ниже моста держится практически всегда, клюет он то хуже, то лучше, иногда бывает так, что при большом количестве всплесков поймать его не может никто. Местные жители говорят, что бьет жерех достаточно часто в любой день, а вот хорошо клюет на спиннинг в какие-то «особые» дни. Специалисты считают, что оседлый жерех, обитающий здесь постоянно, ни на какие ухищрения спиннингистов уже давно не поддается, а вот при резких подъемах воды, когда к мосту подходят жерехи с протяженного участка реки, клев бывает очень хорошим. Мой опыт ловли в этом месте (7 или 8 рыбалок) говорит о том, что если между динамикой изменения уровня воды и клевом жереха и существует связь, она далеко не прямая.

Как бы там ни было, описанный ниже случай произошел во время постепенного падения воды после неожиданного повторного паводка, пришедшегося на середину мая. Я приехал к мосту рано утром в рабочий день. Всплесков почти не было, и я решил ловить вслепую. Дальние забросы компактных блесен и сплав воблера в район линии сбоя основной струи результатов не дали. Тогда я решил провести вертушку прямо вдоль понтонов. Выбор пал на Mepps «Long» №2 – некоторое время назад один спиннингист здесь же поймал при мне двух жерехов именно на эту блесну. Первый заброс я решил сделать к дальнему концу ближайшего от меня понтона. Расстояние не превышало 10 метров. Через пару метров проводки произошла поклевка, и я вытащил жереха на кило с чем-то.

Судя по всему, жерех атаковал блесну со стороны понтона. Я же стоял на берегу практически параллельно мосту на некотором удалении от бетонной плиты, стоящей на урезе воды. Видимо, такое расположение даже на небольшом расстоянии является достаточной маскировкой. Других людей поблизости в этот момент не было.

За пару недель до этого случая я рыбачил там же в выходной день при довольно большом скоплении народа. Один из местных стоял на понтоне, и при забросах блесны строго вдоль моста ему было хорошо видно движение блесны и рыбы, все происходящее в воде он комментировал. Так вот, на 50 забросов пришлось примерно 20 выходов жереха за блесной (размер рыбы – от килограмма до полутора). Контактных поклевок при этом не было ни одной, не помогали ни остановки и ускорения блесны, ни неоднократная смена приманок. Жерех вылетал из-под понтона, несколько метров сопровождал блесну, и уходил в глубину или под мост. Похоже, при виде блесны у жереха срабатывал охотничий инстинкт, но что-то каждый раз предостерегало его от хватки. Было ли связано такое поведение жереха с тем, что в зоне видимости было много людей – однозначно ответить трудно. По крайней мере, мне не известны случаи поимки жереха на ближней дистанции при большом скоплении народа. А вот в одиночестве «выдергивать» жерехов из-под ближнего понтона в этом месте удавалось многим спиннингистам. Тот рыболов, о котором я уже упомянул выше, стоял в той же точке, а я, и еще несколько человек со спиннингами, находились в это время не в непосредственной близости от него, а в нескольких десятках метров ниже по течению. Когда же после второго хвоста собрались зрители, жерех клевать перестал.


Эпизод 6. Июль 1998, р. Протва выше г. Боровска.

Я приехал специально за голавлем. В этом месте на протяжении нескольких сотен метров река представляла собой сплошной перекат – небольшая глубина, сильное течение, каменистое дно. До заката оставалось еще часа два. По опыту предыдущих рыбалок я знал, что в это время клюет в основном мелочь – голавлики от 150 до 300 граммов. Рассчитывать же на приличный экземпляр можно только после захода солнца.

Собрать спиннинг я решил, не доходя нескольких метров берега, с тем, чтобы сначала обкидать перекат с этой точки. На открытых местах, где нет береговых кустов, я всегда именно с этого начинаю охоту на голавля. Место было мне хорошо знакомо, и я знал, что напротив меня метрах в 7-8 от берега есть несколько крупных камней, за которыми может стоять голавль. Именно туда первым забросом я и отправил вертушку Mepps “Aglia” №2. Поклевка произошла на первом метре проводки, и 600-граммовый голавль, пойманный с первого заброса, стал самой крупной рыбой, пойманной на этой рыбалке. Увы, в этот день даже после заката остальные голавли попадались совсем некондиционного размера.

Конечно же, крупный голавль бывает активен и в светлое время суток. Просто на небольшой реке рыбы, находящиеся в пределах заброса, прекрасно видят человека, стоящего на берегу. Отойти же на дальнюю дистанцию бывает проблематично – река петляет, кусты мешают…, к тому же легкие приманки, применяемые на небольшой глубине, далеко закинуть невозможно. Однако иногда удается подойти достаточно близко и сделать заброс в нужное место, оставшись при этом незамеченным. В моем случае отсутствие береговой растительности, с одной стороны, не давало возможности бросить из-за укрытия, с другой стороны, мне ничего не мешало сделать заброс, не доходя нескольких метров до воды. Плюс к тому – я рыбачил в этом месте не первый раз и знал, куда конкретно стоит кидать. Не случайно голавль попался именно с первого заброса. Если бы я послал блесну в нужное место не с первого раза, не исключено, что голавль успел бы заметить человека, размахивающего спиннингом, пусть и на некотором удалении от берега, но все равно достаточно близко.


Эпизод 7. Апрель 1999, р. Кизань, Астраханская область.

Я шел вдоль берега реки, в руках у меня был спиннинг, оснащенный 35-граммовой блесной «Hansen Grey». Проходя мимо понтона, который служил причалом для лодок, я обнаружил всплески. До того мы три дня успешно ловили жереха "вслепую", однако ни одного всплеска так и не увидели. Я решил остановиться и понаблюдать: иногда наблюдения за действиями жерехов бывают не менее увлекательны, чем сама рыбалка. Присев на понтон, я положил спиннинг себе на колени таким образом, что блесна оказалась в воде, и закурил, ожидая очередного всплеска. Не прошло и минуты, как произошла поклевка, и через секунду я вытащил жерешка граммов на 700. Взял он в отвес, на практически неподвижную блесну, висящую на полуметровом куске лески, практически подо мной.

Конечно, поклевку на почти неподвижную блесну можно отнести к случайностям, но вот тот факт, что неподвижно сидячего человека жерех не боится, уже закономерность. Зная это, можно с очень близкого расстояния наблюдать за передвижениями и охотой одного из самых интересных наших хищников. Поймать при этом тоже можно, только каждый раз надо приспосабливаться к новой ситуации.


Эпизод 8. Июль 1999, р. Ока ниже г. Калуги.

Дело было солнечным утром, я ловил взабродку на перекате. Утренняя зорька не принесла ожидаемых результатов – я не поймал ни одной рыбы. По результатам предыдущих рыбалок в этих местах я знал, что обычно клев прекращается после того, как солнце поднимется над верхушками деревьев. В этот раз клева не было вообще. Впору было уезжать домой. Я выплюнул очередной окурок, его подхватило течение, и вдруг, метров через 10, атаковал голавль! Оказывается, хищник все-таки охотился, причем в непосредственной близости от меня, просто я не мог найти к нему подход. Серия коротких забросов различных воблеров и вертушек не принесла ничего. И тогда я решил без заброса сплавить воблер по течению таким образом, чтобы он повторил траекторию брошенного окурка. Выбор пал на 5-сантиметровый “Teem Daiwa Minnow”. Я стал опускать воблер на воду рядом с собой и сплавлять его на 10-15 метров, а затем медленно, с остановками, подтягивать к себе. Проводки с пятой я добился-таки своего: сразу же после того, как закончился сплав, и воблер начал заглубляться, произошла поклевка голавля. Пойманный экземпляр потянул на полкило, но, как говорится, на безрыбье… Если по одному пойманному хвосту вообще правомерно делать какие-то выводы, то рискну предположить, что взмах удилища пугает голавля гораздо больше, чем само присутствие рыболова.


Эпизод 9. Август 2000, Литва, р. Вейвиржа.

Это был мой первый опыт ловли форели. Перед рыбалкой мои литовские друзья подробно меня проинструктировали, основной тезис был такой: никаких особых технических сложностей и премудростей при ловле форели нет, главное – соблюдать правила маскировки. Двигаться по реке надо снизу вверх, чтобы подходить к рыбе, стоящей против потока, с хвоста. Ни в коем случае нельзя, двигаясь в забродных сапогах по воде, гнать перед собой волну. Забрасывать приманку надо вверх по течению, прямо или под углом. Все остальное – дело техники.

Я, как прилежный ученик, выслушал все наставления, и отправился ловить. Обстоятельства поимки своей первой «законной» форели (таковыми по негласному кодексу чести литовских нахлыстовиков и спиннингистов считаются экземпляры длиной от 30 см и больше) я хорошо запомнил. Речка в этом месте была почти полностью перегорожена упавшим деревом, свободным оставался лишь небольшой коридорчик у правого берега около метра шириной, именно в него и устремлялся основной поток. Пройти по воде в этом месте было проблематично даже в высоких сапогах, и потому я вышел на правый берег – благо это было одно из немногих мест на реке, где не было непроходимых зарослей у уреза воды. Берег позволял не только свободно пройти, но и сделать нормальный заброс, и этой возможностью грех было не воспользоваться. Первым делом я реши проверить ближайшую потенциальную стоянку форели – зону непосредственно выше препятствия. По своему опыту я знал, что в таких местах очень любит держаться щука, и потому предположил, что и форели такая дислокация может оказаться по душе. Опасаясь быть замеченным, я высунул из-за дерева только кончик спиннинга и легким взмахом отправил блесну (вертушку D.A.M. Long №1) на несколько метров. Места приземления блесны я не видел, и то, что она упала в воду, а не на куст, понял только по ощущению нормальной проводки. Наградой за такую осторожность послужила 36-сантиметровая форель. Взяла она в 3-4 метрах от меня.

Самое же интересное произошло неделю спустя. Я вновь оказался на том же участке реки. В форелевой рыбалке действует правило «свято место пусто не бывает», а потому к поваленному дереву я подходил уже зная, где с большой вероятностью следует ожидать поклевку. Увы, точный заброс вслепую у меня на этот раз не получился, и блесна повисла на ветке дерева, строго над тем местом, где в прошлый раз форель атаковала блесну. Мало того, что пришлось выйти из-за укрытия, я еще и довольно сильно раскачал ветку, прежде чем сумел сдернуть с нее блесну. Все правила маскировки были нарушены, и, если бы на рыбалке я всегда руководствовался только теорией, то даже не стал бы делать «контрольный» заброс. К счастью, теория дала очередной сбой, и форель, притаившаяся аккурат в той же точке, что и предыдущая, простила мне и неправильный выбор позиции, и манипуляции с отцеплением блесны. Я же в ответ вернул ей свободу, поскольку до законного размера она нескольких сантиметров не дотягивала. Никаких логических объяснений, почему я не спугнул ту форель, найти не могу, но факт остается фактом.


* * *

Каждый из приведенных эпизодов имеет свои особенности, но во всех случаях имел место контакт с рыбами, отличающимися повышенной осторожностью, на ближней дистанции. При этом я при всем желании я не могу себя назвать специалистом по ловле жереха, голавля, и, тем более, форели. Уместно будет еще раз напомнить, что до 1995 года я вообще не ловил этих рыб ни на ближней дистанции, ни на дальней, ни на средней. Даже в последние несколько лет рыбы «осторожных видов» составляют не более 10 % от моего суммарного улова. Тем не менее, различных эпизодов, подтверждающих мой основной тезис, накопилось немало. В этой статье я привел лишь самые яркие из них. Думаю, у спиннингистов, имеющих больший опыт, подобных случаев было намного больше. Так что если кто-то станет убеждать вас, к примеру, в том, что жереха невозможно поймать ближе, чем в 50 метрах от себя – не верьте. Скорее всего, этот человек хорошо знает теорию, но редко ездит на рыбалку. А на рыбалке бывает всякое, и иногда даже самая осторожная рыба подпускает к себе спиннингиста почти вплотную.