Ночные кошмары на Сыр-Дарье.
Ю.Ломовский

Славке Синицыну посвящается

В ночь на 1-ое июня каждый уважающий себя рыбак должен быть на рыбалке. Помешать этому может только стихийное бедствие. Кончился ненавистный двухмесячник вынужденного поста и изголодавшиеся рыболовы на всех видах транспорта, прихватив с собой все имеющиеся виды снастей, еды и спиртного с неподъемными рюкзаками устремляются к водоемам.

Поддавшись на очередную авантюру нашего водилы Славки, проплутав пару часов по каким-то дебрям на его стонущем «Москвиче», еще до захода солнца выбрались на широкую излучину реки, где, по его словам, сомы хватают за сапоги, а жерехи не дают прохода его жуткой блесне, сделанной из консервной банки.

- А сазаны…– Славка страшно выпучивал глаза – леску 0,6 рвут, как гнилую нитку!

Полные радостных надежд мы вывалились из машины, подошли к береговому откосу и замерли. Зеркало реки было надежно отгорожено от нас стеной стоящего по пояс в воде камыша. Володя звучно поскреб бороду и повернулся ко мне:
- Славку сейчас утопим или повременим? Можем, конечно, заняться заготовкой камыша, но на хрена я тогда перелопатил весь городской парк в поисках червей и уделал в доме всю посуду, готовя прикормку?

Он перевел свирепый взгляд на Славку:
- Ты, паразит, когда здесь был в последний раз?

Славка, не в силах оторвать взгляда от буйной растительности, шлепая губами, как описанный им сазан, с трудом издал какие-то звуки, больше похожие на стон.

-Ах, осенью….! Твое очень серое вещество не сообразило, что уровень воды был на 1,5 м ниже, чем сейчас, и до твоих "фиордов" теперь не добраться без лодки.

Умирая со смеху, с трудом расчехляя спиннинг, я все-таки надеялся в болотных сапогах где-нибудь добраться до чистой воды и попытаться что-нибудь выловить. Жерех, правда, далеко от берега, но плескался.

Володя, раздевшись и чертыхаясь, в белых кедах, красных плавках и красно-синей "дебилке" "а-ля Челентано" полез в камыш вырезать себе лунку, справедливо полагая, что на прикормку подойдут караси и сазанчики, и он на поплавочную удочку отведет душу.

Славка угрюмо наблюдал за этой процедурой:
- Как ты думаешь, он приехал рыбу ловить или русалок?

– Ты бы к своему камуфляжу еще желтый галстук нацепил – рыба от восторга сама бы на берег выползла – куснул его Славка и гордо отправился ловить малька сачком, не обращая внимание на несшиеся в его адрес матюги.

По реке, будто проверяя готовность рыбаков к бою, на синей "казанке", не спеша прошел рыбнадзор. Когда лодка скрылась за поворотом, полез в воду и я. Протоптал в камыше тропу, обломал, насколько это возможно камыш сзади и справа от себя, и начал рыбачить. Жерех довольно активно гонял мелочь в разных местах, но мою снасть игнорировал полностью. Его не интересовали ни блесны, ни "мушки", ни свинцовые трехгранки. Только один раз какой-то уж очень любопытный жерешонок проводил моего девончика почти до самых ног, но так и не схватил. Судя по всплескам, жерех активно охотится весь день. Но я не знаю ни одного спиннингиста, успешно охотящегося за ним летом в светлое время суток! Очень редко его можно поймать на “мушку”, мелкую вращающуюся белую или желтую блесну, если рыбачить "на всплеск". Но такая рыбалка требует много времени, сил и малодобычлива. Вода, что ли в реке сверхпрозрачная? На живца же попадается и довольно часто.

Но вот край солнца зацепился за гору и день стал меркнуть, на воду упала тень от крутого берега. Со стороны Володи из камышей послышались всплески, шум и над камышом появилась согнутая в дугу вершинка его удилища. Кого-то выловил, однако. В десятке метров от меня мощный всплеск жереха и бисер вылетевших из воды рыбешек. Снимаю блесну и ставлю пару "мушек" через полметра друг от друга. Сейчас жерех начнет клевать, но скорость проводки должна быть сумасшедшей, поэтому блесна не годится. Выдохнув, отправляю своих "мух" так, чтобы провести поближе к извивающимся в воде над ямой водорослям. С максимальной скоростью вращаю катушку и чувствую долгожданный сильный удар по леске. Есть! Жерешина килограмма на 2 метрах в 20 от берега. Долго, очень долго вожусь с ним, протаскивая через заросли камыша и теряя драгоценные минуты. Дурная привычка рыбачить без подсачека! Наконец, жерех отцеплен и валяется в мокрой ложбине на берегу. Выбираюсь в прогалину, заброс, и опять почти сразу поклевка. При вываживании вторая “мушка” цепляется за камыш, опять теряю время. Вот и вторая рыбина на берегу. Снова выхожу к воде, но клев уже кончился. Вернее, как показали прошлые рыбалки, еще некоторое время жерех будет брать со дна, но здесь так рыбачить невозможно из-за травы и скальных обрывов в ямы. Иногда за эти полчаса клева удается вытащить 5-7 рыбин. И все. Ночью пробовал ловить, но безуспешно.

Подходит Славка с полуторакилограммовым судаком на кукане. Оказалось, что ему удалось прорезать тропинку через камыши к выходу из глубокой ямы и поставить пару донок, наживив их маленькими плотвичками. Отмахиваясь от комаров, появился Володя с парой крупных карасей и сазанчиком в садке. Весело, наверно от глубины переполнявших его чувств, орет на всю речку в мою сторону:
– Ты еще здесь? Бросай к чертовой матери палку и делай "Хе". Двадцать минут тебе на все! Иначе, потом вам придется объяснять моей жене причину смерти красивого мужчины во цвете лет.

– Пузо бы втянул, красивый мужчина, а то плавки скатываются на самые клубни.– Издевается Славка, разглядывая явно раздобревшую за зиму фигуру Володи.

"Хе" – эта наша традиционная закуска на рыбалке и дома. Режу в эмалированную миску на маленькие кусочки филе Славкиного судака, туда же мелко крошу 10 зубчиков чеснока и среднюю луковицу. Вливаю столовую ложку уксусной эссенции, щепотку соли и много черного и красного горького перца. Все перемешиваю, накрываю плоской тарелкой и ставлю в прохладное место так, чтобы какой-нибудь разиня не наступил. Многие добавляют в это блюдо ложку растительного масла, иногда раскаленного, но я считаю, что это портит вкус. От аппетитного запаха аж мутит, но надо выждать хотя бы минут двадцать-тридцать.

–Ты знаешь на кого похож? На бульдога! Такие же несчастные глаза и слюна до пола.– Измываются мужики.

Наконец все готово. Потрескивает костер, весело булькает в котелке уха, с речки слышатся какие-то всплески и шорохи. Пьем за удачу, за то, чтобы вопреки нашим стараньям рыбы в речке прибавлялось, за браконьеров - "шоб им повылазило! "

Володя – Славке:
– Червей будем копать на твоей даче. Я вчера в парке думал, что или повешусь или стану детоубийцей. Копаю я себе, копаю и тут на мою голову вывели на прогулку детсадовскую группу. И началось: "Дядя, а что вы делаете? А зачем? А что такое "червей"? А покажите червяка. А можно я покопаю? А вы можете клад выкопать? А почему? А вот дядя Федор может…”.

Я готов был отдать им и лопату, и червей, и все что они попросят. Потом выразительно поглядел на воспитательницу, и она меня спасла.

Выпьем за женщин!

Вспоминаю, что именно на этом месте два года назад я поймал своего последнего крупного сазана. На 7 кило. Красив был необыкновенно – светло-перламутрового цвета с ярко-красными плавниками! Запомнился он еще и потому, что клюнул на мякиш “бородинского” хлеба с добавкой пахучей грузинской приправы “Хмели-сунели”.

Темна, но скоротечна летняя южная ночь. Только устроился подремать, глядь, – а восток уже посветлел. Хочешь поймать рыбу, – лезь в воду. Володька категорически сопротивляется, зябко кутаясь в штормовку, ну а у меня выхода нет. Клев всего полчаса и только на рассвете. Ежась, выбираюсь по своей прогалине на чистую воду. Несколько холостых бросков, а потом знакомый удар по леске и следом еще один. Где-то там, в серой мгле бьются на леске сразу два жереха. Так бывает почти на каждой рыбалке. Осторожно подвожу их к своей прогалине и удачно выбрасываю на берег. Скорей обратно в прогалину! Размахиваюсь и ….. Одна из "мушек " при забросе зацепилась за сломанную камышину и от рывка конец моего старенького удилища обломился у самого тюльпана. Расстроенный топаю на берег чинить спиннинг.

Славка что-то сосредоточенно рассматривает в бинокль на противоположном берегу.

– Ну-ка, глянь, профессионал хренов!

То, что я увидел, повергло меня в шок. Какой-то рыбак снимал с кукана крупных жерехов и складывал в рюкзак. Я насчитал не меньше 20 штук. Это значит, пока мы тут пьянствовали и травили байки, люди ловили серьезную рыбу!

В следующую пятницу вечером я примчался на тот берег и обнаружил там своего давнего знакомого спиннингиста Славика Ю. Фамилия такая – Ю. После крепкого рукопожатия и расспросов о здоровье родителей, как это принято в Азии, я поинтересовался – не знает ли он, кто здесь по ночам жереха ловит.

– Так, это брат мой, Валерка! На той неделе принес 22 штуки – 19 жерехов и 3 судака. Я тоже, это самое, в ночь на среду – 18 штук.

– И молчите, как партизаны! Жадницы!

– Так, это самое, что получилось то. Жерех копченый понадобился до зарезу. А на речке – запрет, это самое. Ну, Валерка ночью и пошел. Жерех-то еще месяц назад отнерестился, и у него самый жор. Поставил белую вертушку, это самое, и начал таскать. Чем ближе ко дну, тем, это самое, рыба лучше клюет и крупнее. Только зацепов много. Тут же - то бугор с кустом, то яма, то камни.

Это место я знал отлично. По дну под углом к берегу здесь идет пологий широкий желоб из ямы к мелководью. Осенью мы и ловим здесь судака и жереха. Но сейчас по большой воде с сильным течением приспособиться и провести снасть точно по верхней бровке будет сложно. Кинешь чуть выше по течению и попадешь в мертвые зацепы, ниже – нет рыбы и опять же зацепы.

Славик, поймав на вечерке пару жерехов и судачка, сел на свой мотороллер и уехал. Ему в ночь на работу. Мне посоветовал рыбачить после полуночи.

Блесен у меня было мало, но в пол-двенадцатого я не выдержал и зашел в речку насколько позволяли болотные сапоги. И тут я совершенно отчетливо почувствовал себя пришельцем в чужой непривычный мир. Человек существо дневное и ночью должен спать. Ночь принадлежит совсем другим видам живых существ. Под ногами черная вода, в которой слышны всплески рыбы. Над головой черное небо, усыпанное мелкой алмазной крошкой с выдающими себя стрекотом летучими мышами. Сзади в камышах какое-то шуршание, возня, топанье, чавканье, кваканье. Стоит пошевелиться – полная тишина. Ондатра, не обращая на меня внимания, проплыла чуть не между ног. На синем фоне вступающей в права ночи за спиной на бугре ушастый силуэт какого-то зверька. Лиса, кошка, собака? Где-то ухнул филин, закудахтала потревоженная курочка, кто-то тявкнул… Жуткими голосами, от которых стынет кровь в жилах, завыли шакалы. Кто-то пролетел над головой, едва не зацепившись за удилище и через минуту залившись истеричным смехом. Чайке - то чего не спится! Ощущение потрясающее! Весь организм наполняется тревожно-восторженной эйфорией от сопричастности к чему-то необычному, таинственному. Не хотелось обнаруживать своего присутствия, вернее нарушать течение незнакомой жизни. Чуть слышно посылаю блесну куда-то в темноту. Раз, два… семь, восемь. Едва слышное по леске касание грузила о дно. Начинаю подмотку, стараясь вести блесну где-нибудь в метре от дна. Поклевки нет. Посылаю блесну чуть выше по течению, чем в первый раз. Абсолютная темнота, глаза не могут поймать хоть какой-нибудь ориентир для корректировки бросков. Кидаю еще выше и чувствую, что попал на мелководье. Быстро сдергиваю блесну и где-то интуитивно верю, что она идет почти вдоль верхнего склона желоба. И тут же удар по леске и сильное сопротивление рыбы. Жерех, судак? Судя по мощному рывку – жерех. Не даю рыбе гулять, потому что ниже по течению мыс, заросший водорослями. Оттуда ее уже не вытащить. Поэтому тяну рыбину к берегу довольно нахально. С шумом вытаскиваю на берег жереха под 3 кило весом. Вся живность вокруг притаилась, наверное, разглядывая шумного пришельца. Выхожу в речку и в самой середине желоба опять поклевка крупного жереха. До утра попалось еще шесть штук. Самый маленький около двух кило весом, самый большой – около четырех. Оборвав все свои четыре блесны, уехал домой.

С тех пор я и заболел ночной рыбалкой. Со временем заменил блесны на "мушки" с пенопластовыми поплавочками, которые оказались гораздо эффективней блесен по качеству и количеству вылавливаемой рыбы.

Ликвидация государства под названием СССР заставила бросить все нажитое аборигенам и перебраться на родину предков в Москву. Несколько лет, естественно, было не до серьезной, а тем более ночной рыбалки. До тех пор пока не наступило лето 2002 года.

На дачу, на рыбалку, в глушь - к тетке в Саратов…., куда угодно, лишь бы подальше от Москвы! С красными, слезящимися глазами, пахнущие черт-те чем, а в целом – шашлыками, измученные тридцатиградусной жарой и дымом горящих в Подмосковье лесов и торфяников, горожане стремительно расползаются на выходные кто куда. Вот и мы с Витькой едем на Оку под Серпухов, вооружившись спиннингами и набором всевозможных приманок. Станция Ока. Вываливаемся на некое подобие платформы и спускаемся к реке в районе железнодорожного моста. Глубоко дышим полной грудью, как во время зарядки, и осматриваемся. Не одни мы такие умные! Весь берег, насколько хватает видимости, уставлен частоколом донок на спиннинговых удилищах. Машины, палатки, шалаши, обтянутые полиэтиленовой пленкой досчатые каркасы, просто брошенное на землю тряпье - кажется все рыбаки Подмосковья съехались в одно место, чтобы не дать нам порыбачить. Несколько успокаивает то, что и противоположная сторона реки больше похожа на стоянку машин, чем на берег. Одно слово - июль. Тащимся вниз по течению реки, выискивая пустое пространство между доночниками. Пробуем кидать и, как ни странно, вылавливаем по окуньку. Следующим забросом Витька цепляет чью-то донку с резиновым аммортизатором. Молча, совместно с хозяином донки отцепляем от нее наши "мушки". В воздухе явно повисает враждебная напряженность. Пора ретироваться. Наконец, находим некоторое подобие полупереката и метров 150 свободного берега. С удовольствием сбрасываем с плеч изрядно надоевшие рюкзаки, одежду и раскладываем на подстилке свои снасти. Смеркается. Какой-то хищник нахально гоняет малька вдоль берега буквально у самых ног. Подсовываем ему наши "мушки", потом блесны, твистеры и все остальное – полное игнорирование шедевров домашнего и заводского изготовления. Совсем стемнело, редкие всплески рыбы слышны с середины реки. Ставлю к "мушкам" белые поплавочки и начинаю на максильно медленной проводке таскать снасть по самому дну. Кто-то едва слышно стукнул по приманке и тут же поклевка! Резко подсекаю и чувствую долгожданное трепыхание рыбы где-то далеко от берега. Вот она буйствует у берега на мелководье. И весу-то в ней от силы 800 граммов, а сопротивляется на все полтора кило! Шустрый попался судачок или бершик.

Адреналин в крови заставляет без перекуров ожесточенно кидать еще час, но поклевок больше нет. Усаживаемся, наконец, перекусить и дать отдохнуть спине и конечностям. Соловей! Вот чудеса-то в конце июля! Поет себе, заливается. Это замечательно, потому как Михаил Круг из джипа с того берега своей безнадегой в голосе вызывает одно желание – напиться. Чем обитатели его, судя по интонациям в голосах, успешно и занимаются. Через полчаса возобновляем попытки выловить еще что-нибудь. Ставлю плавающее грузило и в 2-х метрах от него привязываю красную и еще на полметра дальше - белую "мушку". Старательно и очень медленно с неравномерной проводкой и остановками веду снасть. Чувствуются какие-то щипки подергивания за "мушки", но хороших поклевок нет. Видимо мелочь балуется. Стоящей рыбы у поверхности нет. Опять садимся попить чайку. Меняю поплавок на обычный свинцовый груз в 35 граммов и ухожу чуть выше переката. Время три часа ночи. Бросаю метров на 60 от берега. Несколько оборотов катушки и резкая поклевка. Вытаскиваю судачка чуть больше предыдущего. Сажаю его на кукан. Бросаю "мушки" в то же место и опять поклевка! На этот раз судачок меня перехитрил и занырнул к какие-то коряги. Спускаюсь вниз по течению, слегка подергивая снасть и пытаясь выдернуть рыбу из зацепа. И, несмотря на попытки рыбы забраться дальше в коряги, вытаскиваю ее на поверхность. Но у самого берега судачок начинает неистово мотать пастью, сваливается с крючка и удирает. Обидно-с! Витька немедленно занимает временно покинутую мной позицию. "Мушки" у него такие же, но вот почему-то не клюет. Вообще-то среди порядочных спиннингистов так не делают, но я молчу и даже не обижаюсь. Хотя при случае надо будет сделать внушение. Встаю чуть выше него по течению, бросаю и опять поклевка! На этот раз судачок без проблем отправляется на кукан. Несколько пустых забросов и, наконец, влезаю в мертвый зацеп, который отбирает у меня и грузило и обе "мушки" с поплавочками. Минут десять уходит на то, чтобы в темноте перевязать снасть. Решаю встать в самой нижней части нашего участка, где вечером резвился какой-то хищник. Забрасываю перпендикулярно берегу. Медленно тащу "мушки" по дну. Слабая поклевочка, еще одна, и резкий удар! Есть! Очередной судачок отправляется на кукан. Начинает светать и поклевки становятся более уверенными. Уже 8 судаков на кукане. И тут мощный всплеск у берега и фонтан вылетевших из воды уклеек. Жерех! Бросаю ловлю судаков и переделываю снасть под жереха. Бросок, еще бросок, еще…. Бесполезно! Не берет. Обхожу кусты и решаю провести "мушки" сверху вниз мимо места боя жереха. Не хочет. Это неожиданность. На Сыр-Дарье снасть работала безотказно в течение всего года. В отчаянии кидаю куда-то на форватер и не могу ничего понять – не чувствую, чтобы грузило коснулось дна. Начинаю подматывать леску и ощущаю слабое трепыхание рыбы. Вот те номер! Сразу два окунька граммов по 150-200 болтаются на крючках. Видимо я попал в стаю, кормившуюся у поверхности воды, и они клюнули что называется "влет". Ну, думаю, сейчас я их мешок натягаю! Бросаю окуньков в мокрую от росы траву и посылаю свои "мушки" предыдущим маршрутом. Пусто! Бросаю еще раз – та же история. Десяток холостых забросов и только один окушок. Видимо зацепил самый краешек проплывавшей стайки. Возвращаюсь на судачиное место, но клев уже кончился. Хмурый Витька ожесточенно хлещет речку – у него за всю ночь и утро ни одной поклевки. Подтруниваю над ним:
– Молодец! Настоящий рыбак не будет связываться с той мелочью, что ловлю я, а будет ждать крупняка.

Ну, вот – заулыбался. Значит все в порядке и к следующей рыбалке наделает две сотни "мушек" всех цветов, размеров и конструкций. А вообще - сбылась противная примета: окунька-то Витька вечером поймал первым забросом!

А на следующую рыбалку мне пришлось ехать одному. У Витьки тяжело заболел отец и стало не до рыбалки. Топаю на знакомое место, мечтая о том, чтобы доночников там не было. Вечереет. Одинокий спиннингист пытается соблазнить жирующую у берега рыбу. Он даже присел, чтобы не пугать хищника. Минут 10 издалека наблюдаю за его ухищрениями. «Много тут ходит таких соблазнителей. И я в том числе».

Подхожу, здороваюсь. Рыбак с веселым азартом в глазах не зло ругает не клюющую рыбу.

– Щас, – говорю, – мы вдвоем ей покажем – где раки зимуют!. Снаряжаю спиннинг с обычной комбинацией "мушек" (белая догоняет красную) встаю метрах в 50 ниже мужика. Здесь почти нет зацепов, а рыбы я в прошлый раз тут поймал больше всего. Веду "мушки" ступенчатой довольно резкой проводкой в расчете и на поклевку жереха, если он окажется поблизости. Хваток нет. Перехожу на равномерную проводку над дном и сразу поклевка. Довольно нахально вытаскиваю килограммового судака на берег, лишая его всякой возможности залезть в коряги. Через три-четыре заброса опять поклевка. Судачок граммов на 300. Ободрав палец о его зубы, аккуратно отцепляю его и отпускаю в речку. За пинцетом, естественно, идти лень. Делаю очередной заброс и опять хорошая хватка. Кто-то, отчаянно сопртивляясь жмется ко дну, и под самым берегом все-таки залезает в коряги. Надо бы раздеться, залезть в воду и попытаться вытащить рыбину, но мне совершенно неизвестно – что там на дне, а ночью изучать коряги как-то не хочется. Тащу напропалую и одна "мушка" вместе с рыбой остаются у Нептуна. Иду перевязывать снасть. Совсем стемнело, рыба продолжает время от времени плескаться у поверхности. Ставлю плавающее грузило и "мушки" на поплавочках. Медленно-медленно с остановками веду эту несуразную конструкцию под углом к берегу, слышу всплеск и чувствую поклевку. Ага! Кто-то соблазнился таким вот самодельным поппером! Вытаскиваю опять хорошего судачка. Какое-то время рыбачу безрезультатно. Кладу спиннинг на две рогульки, оставшиеся от доночников и усаживаюсь пить чай. Настроение замечательное - от того, что получил от рыбы сюрпризы. Во-первых: никогда раньше она не клевала у меня при равномерной проводке, во-вторых: первый на Оке судак, который попался на снасть с плавающим грузилом да еще самой глухой ночью. До сих пор в это время ночи поклевок не было вообще и смело можно было спать. Объясняю это тем, что белую "мушку" я сделал блестящую, весьма похожую на малька, а посему поклевки при равномерной проводке вполне объяснимы, как при ловле на блесну. Опять начала плескаться рыба – пора браться за спиннинг. Веду "мушки" за поплавком против течения под острым углом. Сейчас они пересекут отбойную струю переката и… тут же поклевка. Судак. Такое впечатление, что их там кто-то отмеряет по одному размеру! Всплески прекратились. Кидаю – поклевок нет. Один он что-ли там был? Хожу по берегу, пытаясь найти еще места кормежки рыбы. Не нашел. Возвращаюсь на старое место. Небо чуть посерело. Меняю плавающее грузило на обычное и забрасываю далеко вниз. Медленно веду "мушки" и вдруг чувствую короткую возню на том конце лески и сход рыбы. Осматриваю "мушки" и на одной из них обнаруживаю пару чешуй подлещика. Все ясно – пощипал перья какому-то разине. Забрасываю поперек течения и через несколько оборотов катушки знакомый удар по леске. Ну вот и еще один судачок попался. На шум подходит тот спиннингист, что вечером пытался вприсядку выловить жерешонка. Просит продать рыбы. Я отказываю, объясняя это тем, что удача надолго отвернется. Да и дома у меня любителей окских судаков аж семь душ!А самое главное мне ж надо продемонстрировать улов соседу – заядлому "металлисту", не признающему кроме блесен никаких приманок.

Опять какое-то время поклевок нет. Совсем светло и я снимаю поплавки с "мушек". Через пару забросов еще один судачок соблазнился красной "мушкой". Больше поклевок нет и я бегу выше по течению, где накануне выловил подряд трех судачков. Забрасываю чуть ниже чем надо, спускаю "мушки" на быстрину, поклевки нет. Бросаю почти поперек течения и почти сразу уверенная поклевка. Судак пытается удрать в зацеп, но теперь я его туда не пускаю и вот он сердито плюхается на кукане. Попался на белую блестящую "мушку" – любитель уклейки стало быть. Еще несколько бросков и зацеп. Обрываю "мушки", смотрю на часы и становится ясно, что всему хорошему бывает конец. Надо срочно топать на электричку. Бысто переодеваю в приличную одежду то, что осталось от меня после трапезы комаров, и с явно потяжелевшим рюкзаком шагаю к станции под названием Ока. Спасибо, речка, порадовала рыбой и сюрпризами. До скорого свидания.

Copyright © 2003 by Victor Vlasenko
Изменен 25.04.2003