Воздушный спиннинг.
Владислав Новиков.
12 февраля 1999 года, Москва.

Эту историю рассказал мне Арни Бэкстон из Алабамы, человек-легенда, известный спортсмен спиннингист, обладатель всех титулов в мировом рыболовном спорте по спиннингу. Встретились мы с Арни случайно, в одном из обширных национальных парков, на речке Ле-ру в Южной Дакоте. Там я оказался благодаря Феде Летову из Дарвинского Музея, который снарядил экспедицию для сбора безпозвоночных. Я мало что смыслю в безпозвоночных, но откликнулся с радостью только ради рыбалки - безпозвоночных Федя отыскивает в диких местах, по берегам речек., где рыбы всегда много. Незнакомца со спиннингом - Арни, я узнал по многочисленным фотографиям из зарубежных рыболовных журналов. Два увлечённых рыболова, одни на безлюдной реке. Мы не могли не заговорить. Арни не удивился, что я из Москвы. А я не удивился, что он из Алабамы (странно, что человеку из Алабамы делать в Южной Дакоте?)

Мы провели весь день на реке. На языке местных индейцев, ловился крупный чёрный ворес, с небольшими, но солидными усами (не то, что у сома -жидкими и длинными). Его хватка была мощной, крепкой. Заглатывал воблер почти целиком. Не задумываясь. На мелкие вертушки часто попадался рыжий нилузок, маленькая рыбка, именно странно ярко-рыжей расцветки. Продолговатая вомика, с большими, но редкими зубами жрала всё подряд. Без разбора.

Вечером, сидя на веранде просторного охотничьего гест-хауза, Арни поведал мне об одной удивительной рыболовной истории, в реальность которой трудно было бы поверить если бы не авторитет Чемпиона мира и фильм, снятый случайным свидетелем на любительскую видеокамеру.

В тот день Арни Бэкстон ловил рыбу в окрестностях горячего селения Абринателло, в горах Калиманжаро, на Мадагаскаре. Стояла страшная жара, солнце светило испепеляюще, влажность была 100 процентов. Высота над уровнем моря - три тысячи четыреста метров. Пейзаж захватывающий : редкие рваные, как игрушечные облачка, на которые можно смотреть сверху вниз, медленно плывут между величественных гор, покрытых непроходимыми джунглями. Озеро, в котором Арни ловил рыбу было ледникового происхождения, круглым - с километр в диаметре и очень глубоким, с кристально-чистой водой. Второе солнце словно плавало на поверхности : при полном безветрии зеркальная поверхность озера напоминало лезвие бритвы. Лишь изредка, практически неощутимое, лёгкое дуновение возникало и исчезало не нарушая общего безмолвия. Время от времени из джунглей вырывались гортанные крики экзотических птиц. Непролазные горы, местами каменистые, а с противоположного берега - отвесные обступали озеро со всех сторон. Миниатюрное плато-поляна, вклинившиеся между двух предгорий, где ловил Арни, пожалуй было единственным подходом к озеру. Клёва, толи из-за жары, толи из-за давления или по другой какой причине не было. Арни решил вернуться в селение раньше времени.

Неожиданно за спиной Арни, низко над поляной, перед стеной непроходимого леса, в котором как в расщелину вниз к селению ныряла узкая тропа , появилась свинцово-синяя туча, из которой, казалось, вот-вот должен с шумом полить настоящий тропический ливень. Но ливня не было. Только миллионы мельчайших капелек как бы мостиком соединяли тучу и поляну. Кубометры воды словно зависли в атмосфере. Сюриалистический пейзаж в стиле Сальвадора Дали. Только расплавленных часов не хватало. В биофизике такой природный эффект, действительно очень редкий, называется по имени его открывателя, австрийского учёного Берковича-Швааба, научно доказавшего его реальность в 1925 году. Тогда Арни ничего этого не знал. Позже обратившись в Институт Биофизики в Тилбурге ему объяснили, что эффект Берковича-Швааба объясняется сильным давлением под водяным облаком, возникающим из-за значительной разности температур - холодной воды и горячей окружающей воздушной среды. Разница температур, как известно, порождает ветер. Здесь тоже ветер, но ветер направленный вниз и образующий реактивную тягу, которая в данном случае уравновешивается силой притяжения. Облако, видимо, успело побывать высоко в атмосфере, охладиться и опуститься на ту высоту, на которой возникло равновесие встречных сил - силы гравитации и реактивной силы. Миллионы вырывающихся водяных частиц, парящие в невесомости между облаком и поверхностью, как бы визуально позволяли увидеть это давление и оценить красоту и силу редкого зрелища. Обычно это происходит высоко в небе , в более разряженной атмосфере и мы не можем наблюдать это интересное явление, возможно более захватывающее, чем шаровая молния. Разряженная атмосфера высокогорья позволили Арни любоваться эффектом в непосредственной близости.

Я стоял, открыв рот - , говорил Арни, - вначале подумал, что галлюцинация, протёр глаза, даже ущепнул себя, а вода висит. Как мираж, как наваждение. Удивительные ощущения. Чувствуется могучая сила природы. Растояние всего метров тридцать-тридцать пять. Тёмная такая масса. Но она не казалась тяжёлой. Скорее взвешенной, уравновешенной. Так в общем-то и было. Мне даже сейчас трудно сказать сколько времени прошло пока я первых рыб не увидел.

- Рыб? - переспросил я. Каких рыб?
- Морских окуней.
- Где??
- В облаке в этом водяном, в этой массе воды.
- ???
- Да, в этой массе. Смотрю плавают. Как в аквариуме искривлённом. Настоящие морские окуни. Мерные , грамм по 600. И много их. Выплывут из толщи , дадут круг, потыркаются носом в водяном плене и назад, пропадают. Не видно их становится.
- С ума сойти!
- Неделей раньше оказалось, что в океане между африканским побережьем и островом, тайфун прошёл. Об этом много здесь в газетах писали , по радио говорили: боялись, что местный порт заденет, готовились к худшему. А он мимо проскочил, рядом. Я как три дня на Мадагаскар с Аляски прилетел. Ничего не знал. Видимо, тайфун поднял в атмосферу много воды. Косяк рыбы с поверхности захватил. А это масса, осколком того тайфуна была. Случаи, когда рыба с неба падает не такая уж редкость. В Австралии, в некоторых областях, я знаю, после тайфуна, местные жители даже привыкли выходить на промысел - рыбу собирают, разбросанную по материковому побережью. А здесь такое...

- Ну а дальше?
- Дальше... Дальше у меня мысль бредовая: попробую половить, времени то полно...
- Из облака этого?
- Да, из этого "аквариума". В озере то полный штиль. Поставил вертушку - блю фокс четвёртый номер, медную. Делаю заброс - блесна как от стенки отскакивает, только мелкие капельки-брызги фонтанчиком вырвались - давление по краям видимо сильное, не позволяет воде выливаться наружу. Само облако не большое, как приплюснутый блин или сдавленный шар, скорее даже овал с неровной поверхностью, метра четыре на пять где-то и в высоту метра два с половиной - три, не больше. Прямо напротив меня, чуть выше уровня глаз, где-то в двух метрах от земли. Чуть-чуть, сантиметров на 20-30 медленно поднимется и на столько же опустится. Переливается как бы внутри немножко, то с тёмно синего на чёрный, то снова на синий. Как потом выяснилось это из-за воды внутри, она двигалась - течение имела турбулентное. И лучи солнечные искажали цвета, вода то на самом деле чистая, прозрачная была.

- И что Вы потом делали?

- Я решил, что нужен сильный, стелящийся по земле заброс, чтобы водяную стенку пробить. Окуни как раз снова передо мной вышли. Блесна со свистом воткнулась в толщу, пробила её. Фонтанчик посильнее вырвался, как маленький гейзер стрельнул. Метров десять струя брызг пролетела, с напором.

Блесна то стенку пробила, но всё динамическое усилие на это ушло, и она как пуля в доске застряла. Течение лёгкое вроде как подхватило её, но леска, слегка провисшая, натянулась и не позволила приманке совершить своё движение. Так она и заколебалась, как в замедленной киносъёмке. Окунь один подошёл, постоял, мне даже показалось, что тюкнул её еле-еле, но это могли быть колебания внутренние. Развернулся к своим и стайкой они не спеша в толщу поплыли.

- Так и не поймали?

- Слушай дальше. Ставлю воблер плавающий, Рапалу, красно-белую девятку, метров на десять подхожу ближе, чтобы "аквариум" метров в двадцати был. Бросаю с усилием максимальным. Снова фонтан-гейзер ударил, помощнее первого заметно. Только воблер стенку прошил, я сразу леску стравливать начал. Воблер поплыл, я стравливаю, метр уже от стенки, плохо видно... вдруг удар - есть! Леска натянулась, успел подсечь. Упирается сильно, протянул метра два в толщу, не видно его. Вываживаю аккуратно, даю ему повертеться. Смотрю появляется резкий, злобный, сильный. И жадный - неделю не ел ничего. Подвожу к стенке. Окунь в края упёрся, а дальше не идёт - давление мешает. Такое тягуче-вязкое препятствие впереди. Что делать? И тут меня мысль осенила - а может быть его через верх этого "аквариума" природного протащить, может там не такой напор и не такое давление? Леску держу в натяжении, а сам в сторону повыше отхожу , на каменистую гряду, осторожно, чтобы не упасть. Когда угол градусов сорок-сорок пять образовался и верхняя поверхность аквариума метра на четыре-пять была ниже меня я ослабил леску, дал окуню снова вернуться в толщу и начал подматывать. Так, постепенно он вышел к поверхности. Она была неровно-сферической и лишь в самом верху представляла собой идеально ровную плоскость, замкнутую в круг, которую не было видно снизу. Словно люк, диаметром метра в полтора-два. Это и было лучшим доказательством того, что давления на верху не было: небесные тела представляют собой шар в силу закона физики - принципа минимальной поверхности против силы сопротивления. И здесь этот принцип в виде плоского круга действовал на все сто.

- Ну и...

- Окунь уже рядом с этой отдушиной, но не как не собирается к ней приблизится. Рядом ходит, упирается, тыкается в стенки, которые явно мягче, чем внизу, но я всё равно боюсь тащить его с усилием. В какой-то момент он совершил вираж, в долю секунды оказался под круглой поверхностью, я дёрнул сильнее, даже наперёд представил, как он перевалившись через край, вместе с брызгами воды упадёт на землю, как затрепыхается... и он сошёл. На какую-то секунду окунь замер, ещё не понимая , что свободен, пошевелил плавниками, сначала медленно, а потом стремительно ушёл вниз в толщу.
То что я испытал в тот момент передать сложно. Чуть не заплакал. Так обидно! Слов нет. Он уже был практически у меня. Какой-то доли секунды не хватило. Упустил рыбу, практически пойманную в воздухе. Такую экзотическую возможность профукал. Ужасно обидно.

- Мобилизовались?

- Да, с какой-то злобой, затаённой обидой. Начинаю всё с начала - возвращаюсь на исходные позиции, делаю новый заброс. Всё повторяется снова. Поклёвка -удар. Подсечка. Сильные, резкие рывки. Упорная борьба, постепенно поднимаюсь выше. Окунь не сдаётся - до чего сильная рыба! Вот окунь наверху, поверхность рядом. Тот же вираж, как повторный дубль. На этот раз действую аккуратнее, поднимаю спиннинг вверх, на вытянутые руки и как бы переваливаю окуня через край, по ощущениям вязкий из-за постепенного нарастания давления, как масло. Окунь падает, задевает края "аквариума", из которого вырываются микроскопические струйки-брызги, они сверкают на солнце, искрятся. Красота! Окунь падает на землю и начинает трепыхаться как чумной. Подтаскиваю по земле. Вот он какой, красавец! Настоящий красный морской окунь! И кажется большее 600 грамм. Потом, уже вернувшись, взвесил, оказалось ровно 835. Прекрасно!

Мы с Арни сидели на живописной веранде, заросшей многолетним плющём, с видом на горы и солнечный закат. Где-то в каких-нибудь пятнадцати километров от нас простирался океан. Безбрежный и великолепный. Я завидовал Арни. Его лёгкости передвигаться по странам, жить в своё удовольствие - ловить рыбу, участвовать в крупных соревнованиях.

Я живо представлял его рассказ: огромное переливающееся водяное облако, фонтанчики брызг, яркое солнце, озеро в горах. Когда он показал мне кассету, к удивлению своему, я обнаружил почти полное сходство с моими представлениями. Только горы оказались более могучими и высокими с огненно-зелёной растительностью. Арни ещё долго рассказывал об этой удивительной ловле, как он методично с силой забрасывал воблер, как вылетали фонтаны брызг, про резкие жадные удары голодной рыбы, короткие, но ожесточённые схватки.

"И чем дело кончилось?" - спросил я.

- У меня уже было в зачёте 17 красавцев, при трёх сходах. Каждый раз, когда я поднимался на возвышенность, то обращал внимание, что облако становится всё выше и выше. И я каждый раз был вынужден был подниматься на гряду всё дальше, чтобы сохранить угол. Солнце уже клонилось к закату, воздух заметно остывал и равновесное состояние менялось. Облако постепенно, очень плавно поднималось. Я уже перестал ловить, это было уже невозможно, хотя окуни ещё оставались в "аквариуме" и просто наблюдал за происходящим. В горах вообще с заходом солнца холодает быстро. Налетел ветер и поднявшееся метров на 15 облако, словно воздушный шар поплыло в сторону озера. Как только оно пересекло условную береговую линию, то стало терять в высоте. Над водой нет восходящих потоков (птицы, летящие на юг, как известно, всегда выбирают, маршрут над сушей) и неустойчивое равновесие стало меняться в пользу "аквариума". Он, двигаясь вдоль озера, под небольшим углом, но неумолимо стал приближаться к поверхности. Остаётся совсем немного, метр, восемьдесят сантиметров, шестьдесят, полметра, двадцать, пять сантиметров ...касание. Облако слегка отталкивается, переворачивается, проливается часть воды, снова касается, переворачивается сильней и почти по центру озера, чуть ближе ко мне ... взрывается - просто вся водная масса разом обрушивается на поверхность озера, как перевёрнутый гигантский ковш. Всё. Было видно как шлёпаются оставшиеся окуни. Им не выжить - в озере пресная вода. Я ещё стоял какое-то время, смотрел на расходящиеся волны, сказочный закат, переживал случившееся. Вдруг слышу шаги, оборачиваюсь, ко мне подходит молодой немец-турист. Оказывается он стоял почти с противоположной стороны и снимал ловлю на камеру. Правда не с начала, а когда я уже поймал пятого или шестого окуня. Он тоже, как и я, вначале подумал про галлюцинации...

Наша встреча с Арни произошла в сентябре 1995 года. Как известно он пропал через четыре месяца, под Рождество, при неизвестных обстоятельствах в дебрях Амазонки, на границе Бразилии и Колумбии, где снимал фильм по заказу немецкого рыболовного журнала "Фиш энд фанг". Кассету я переписал и благополучно... утопил через неделю, за день до отлёта в Москву, вместе со всеми снастями, когда мы ещё с одним членом экспедиции перевернулись на лодке в океане, в километре от берега. Арни говорил, что копия есть в архиве Института Биофизики, в Тилбурге. Надо бы узнать их адрес и написать письмо.

Когда я вернулся в Москву, меня снова захватил бизнес. Я немного отодвинул рыбалку на второй план. То, что Арни Бэкстон, двухкратный Чемпион мира по спиннингу, пропал без вести я узнал, к своему стыду, только в прошлом году. Мои два письма в его адрес остались без ответа...

Я решил написать рассказ про ту воздушную ловлю Арни без всяких прикрас, то что рассказывал он сам, то что я видел на кассете, то что было на самом деле. И назвать этот рассказ так, как он и должен называться - "Воздушный спиннинг".